Первые дни после диагноза...
Я родилась в Усть-Илимске, детство провела у бабушки в сибирской деревне, а школьные годы — в Ангарске. В 2001 году окончила институт в Иркутске по специальности «психолог». В том же году умерла мама: причиной стала лёгочная эмболия. Это было тяжёлое время — я переживала потерю близкого человека, болезнь бабушки и одновременно начинала профессиональный путь. Я работала в Училище олимпийского резерва, планировала заниматься психологической поддержкой спортсменов и думала о научной карьере.
Но жизнь распорядилась иначе. После знакомства с подругой я решила переехать в Москву. Это было скорее желание сменить обстановку и начать всё заново, чем стремление построить карьеру. С 2004 года я жила в столице, работала офис-менеджером, занималась рекламой и организацией выставок, а позже устроилась в крупный строительный холдинг.
В 2009 году, когда мне было 29 лет, у меня увеличился лимфоузел на шее. Врачи долго не могли поставить диагноз. Шея заметно увеличилась, поднималась температура. После обследований и биопсии выяснилось, что у меня лимфома Ходжкина второй стадии.
Лечиться я уехала в Иркутск, к тёте. Я не знала, чем всё закончится. Просто решила делать то, что должна, и двигаться шаг за шагом. После лечения наступила ремиссия, и я пыталась вернуться к привычной жизни.
Но в 2013 году меня ждал новый удар. Из-за сильных кровотечений и анемии я оказалась в больнице. Однажды мне стало плохо прямо в метро, оттуда меня экстренно доставили на скорой. После обследования я получила рекомендацию удалить матку.
Тогда я узнала о втором онкологическом диагнозе — раке эндометрия. Если бы не подруга, которая сама столкнулась с этим заболеванием, я могла бы согласиться на операцию, не разобравшись в других возможностях лечения. Она дала мне контакт своего врача, и началась новая борьба.
Если при первой болезни я боялась неизвестности, то теперь меня преследовала мысль, что рак может появиться где угодно. Казалось, я только успела восстановиться после одного удара, как жизнь снова проверила меня на прочность.
Путь через лечение...
Первую лимфому я лечила в Иркутске. Из восьми курсов химиотерапии прошла шесть, потому что динамика была хорошей. Затем получила лучевую терапию в Обнинске. Всё лечение заняло около полугода. Я жила у родственников, а большую поддержку мне оказали близкие и работодатель, который помогал финансово даже в период кризиса.
После ремиссии я хотела как можно скорее вернуться к работе. Но в 2010 году скоропостижно умерла близкая подруга, и пережитый стресс оказался настолько сильным, что я уволилась и переехала в Подмосковье. Мне нужно было время, чтобы переосмыслить свою жизнь.
Второй диагноз оказался отдельным испытанием. Я проходила гормональное лечение, делала уколы, переносила многочисленные выскабливания и регулярно проходила обследования. Лечение было дорогостоящим: приходилось оплачивать операции, МРТ и препараты. Денег постоянно не хватало, я жила от зарплаты до зарплаты.
Я боялась, что рак может появиться снова, причём уже в другом месте. Было страшно снова оказаться в ситуации, когда привычная жизнь в любой момент может измениться. Но я продолжала работать и старалась не оставаться один на один со своими переживаниями.
Однажды врач позвонил и сказал, что я здорова и могу жить дальше. Даже предложил подумать о ребёнке. Я не стала мамой, но решила исполнить другую мечту — попробовать себя в кино. Поступила на сценарные курсы Александра Митты и начала осваивать новую профессию.
Однако работа в кино оказалась физически тяжёлой. На фоне нагрузок снова начались кровотечения. В 2021 году мне всё-таки удалили матку и придатки. Это была полостная операция, после которой меня ждало сложное восстановление.
Именно тогда я впервые почувствовала невероятную поддержку. Знакомая организовала сбор денег, хозяева съёмной квартиры разрешили временно не платить за аренду. А подруга перед операцией спросила, что бы сделала моя мама, и читала мне вслух любимую книгу. Я очень хотела, чтобы кто-то держал меня за руку перед операцией. И она была рядом.
После выписки у меня началась клиническая депрессия. Я не могла выйти на работу, а попытка вернуться на съёмочную площадку закончилась панической атакой. Мне пришлось признать, что я не могу просто взять себя в руки и продолжать жить как раньше.
Постепенно мне помогли групповая терапия и индивидуальная работа с психотерапевтом по методу КПТ. Я училась понимать свои чувства, замечать собственные потребности и не требовать от себя постоянной силы. Этот этап стал для меня не менее важным, чем само лечение: я наконец начала заботиться не только о физическом состоянии, но и о психологическом.
Жизнь сейчас...
Сегодня я гораздо бережнее отношусь к себе. Раньше я многое запрещала себе, заставляла работать через «не могу» и испытывала чувство вины, если отдыхала или не соответствовала собственным ожиданиям. Теперь я учусь договариваться со своим внутренним критиком, позволяю себе отдыхать столько, сколько мне нужно, и не стыжусь собственных чувств.
Я перестала постоянно держать лицо и начала внимательнее относиться к тому, что происходит внутри меня и вокруг. Для меня важны гигиена мыслей и гигиена окружения. В близком кругу остались люди, с которыми я могу быть собой, не притворяться сильной и не бояться показать уязвимость.
После двух онкологических диагнозов я по-другому смотрю на жизнь. Мне больше не хочется бесконечно чего-то достигать, доказывать свою ценность или соответствовать чужим ожиданиям. Я принимаю себя такой, какая есть, практикую аффирмации и учусь выбирать то, что действительно подходит мне.
С 2021 года я работаю равным консультантом и поддерживаю людей, которые проходят онкологическое лечение. Я могу говорить с ними на одном языке, потому что знаю, что значит услышать диагноз, пережить страх и пытаться собрать свою жизнь заново. Для меня важно не давать готовых инструкций, а быть рядом с человеком в его собственном опыте.
Я продолжаю развиваться: участвую в лыжных забегах, сняла социальную рекламу об эмоциональном выгорании, прошла обучение по проведению тренингов, изучаю арт-терапию и создаю метафорические карты. Мой профессиональный опыт объединяет психологию, креативную индустрию, бизнес и спорт.
У меня есть и новые мечты. Я хочу написать книгу — идея пришла ко мне во сне. А ещё хочу создать пространство для людей, переживших кризис, где им помогут восстановиться, почувствовать себя увиденными и найти собственные опоры.
Я не считаю, что после болезни нужно обязательно возвращаться к тому, кем ты был раньше. Иногда прежняя жизнь больше не подходит, потому что меняешься ты сам. И тогда важно не пытаться стать прежним, а позволить себе построить новую жизнь — более осознанную, честную и бережную к себе.
Я не спасатель и не хочу заниматься спасательством. Я выбираю в первую очередь себя. И именно из этого состояния могу поддерживать других, делиться опытом и помогать людям находить собственный путь. Мне это нравится.
Для меня онкология стала частью жизни, но не определением того, кто я есть. Моя история не только о борьбе с болезнью. Она о том, как после потерь, страхов и тяжёлых перемен научиться доверять себе, принимать помощь и жить дальше — не вопреки себе, а в согласии с собой.
