Первые дни после диагноза...
Осень прошлого года разделила мою жизнь на до и после, когда я услышала этот страшный диагноз – рак. В тот день Земля ушла из-под ног, будто мир рухнул и время остановилось. Как же хотелось, чтобы это просто был сон или врачебная ошибка. Шок, отрицание, бессилие, отчаяние, страх, непонимание куда бежать и что делать, а главное как жить дальше. Огромная благодарность и восхищение моему мужчине за то, что он с этого дня и по сей день всегда рядом и у каждого врача мы вместе, для меня это очень важно, потому что одна я бы не справилась ибо в одиночку пройти этот сложный и порой невыносимый путь невозможно. Именно благодаря ему я не сдалась, когда в минуты полного отчаяния сказала о том, что ничего делать не буду, устала, от судьбы не уйдешь, ведь именно такая судьба была у моей бабушки и мамы. Бабушка заболела в 30 лет, мама в 35 лет и в этом же возрасте ее не стало, когда мне было 14 лет. Я хорошо понимала, какого это, когда на твоих глазах умирает самый близкий тебе человек, когда каждое утро ты прислушиваешься в страхе дышит ли он. Моя мама не выдержала лечения, не смотря на то, что у нее была первая стадия лимфогранулематоза, и я была уверена, что меня ждет то же самое. Весом в 40 кг и имея ограниченный ресурс организма, сопутствующие хронические заболевания, а главное больную почку, которая обычно ни одну капельницу спокойно не выдерживала. И которую теперь ожидало 6 часов непрерывной капельницы каждые три недели на протяжении полугода. Я приходила на процедуру самая первая, чтобы занять место (да, их не всегда всем хватало) и уходила самая последняя. Приходила до рассвета и уходила после заката, так было зимой, потому что рассветает поздно, а темнеет рано.
Первый вопрос, который я тогда задала врачу дрожащим обеспокоенным голосом – «Я останусь без волос? У меня будет химия?». На тот момент это было неизвестно. Впереди меня ждали многочисленные обследования и анализы. Нужно было выяснить насколько эта опухоль агрессивная, ее тип, стадия и т.п. Самое страшное - это ждать, и спасибо врачу за то, что попросила в лаборатории посмотреть мои анализы одни из первых, и как выяснилось не зря, т.к. время уже шло против меня, врач, таким образом, подарила мне время и возможность раньше начать лечение или начать с хирургического вмешательства. Когда мне сказали, что моей опухоли около 8-9 месяцев, я пришла в ужас от того, что столько времени жила и не знала, что внутри меня растет страшная опухоль, как выяснилось позже довольно агрессивная и быстропрогрессирующая – трижды позитивный. К сожалению, в данном случае слово «позитивный» не несет в себе ничего положительного и хорошего. Это означало только одно – химии не избежать!!! То, чего я боялась больше всего. А после и следующий удар – необходимых Вам лекарств нет. Но и в этой ситуации я продолжала бороться и искать решения. Выход был один единственный – клинические исследования. И снова меня одолел жуткий страх и большие сомнения, ведь у моей мамы тоже было экспериментальное лечение, которое только значительно ухудшило ее состояние. Я хорошо помню, как я заливалась слезами и уверенно заявляла о том, что если начнем с химиотерапии и в моем случае помимо этого предстояла еще и таргетная терапия, я до операции не доживу. В этом у меня и сомнения не было. Но врач ничего даже слушать не хотела, она каждый раз выходила из себя и прерывала на этом прием. Это был уже другой врач – хирург-маммолог, из-за равнодушия, циничности, хладнокровия и полного безразличия и жесткости, у меня были нервные срывы и бессонные ночи, когда я рыдала и не могла остановиться, а рано утром каждый день мы ездили по больницам. Мне не хотелось бороться и жить. Мне хотелось начать с операции, чтобы скорее избавиться от этой заразы, но для проведения операции не хватало анализа на мутации – BRC1 и BRC2. Т.к. нам не объяснили, что его можно сдать в двух вариантах, мы ничего не понимая, сдали расширенный анализ на мутации, а его результаты пришлось ждать больше месяца. От него зависело будут удалять обе груди полностью, как это было у Анджелины Джоли или частично. Но и тут врачи допустили халатность в том, что не поставили мне метку, а после химии, когда опухоль уменьшается, делать метку уже не имеет никакого смысла, это нужно делать в самом начале, чтобы зафиксировать изначальный размер опухоли. У меня было 2 см, а после 6 курсов химиотерапии и таргетной терапии – полный регресс, но из-за отсутствия метки грудь удалили полностью. А анализ на генные мутации пришел отрицательный, что позволило сохранить вторую грудь, ведь для меня это так важно, чтобы я в дальнейшем могла кормить грудью. Ради этого мне пришлось решиться на замораживание яйцеклеток. Как известно после химии родить естественным путем шансы крайне малы. Огромное желание стать мамой меня очень сильно мотивировало не сдаваться, не смотря на то, что я находилась в группе риска, с онкорепродуктологом мне очень повезло, и я так сильно верила и хотела, чтобы все получилось.
Путь через лечение...
Теперь я нахожусь на гормональной терапии, которая назначена на 5 лет, но я все равно верю в то, что смогу вернуться к теме материнства. Мне важно прервать этот родовой сценарий и победить болезнь, продолжить род, в котором больше никто не столкнется с этим страшным испытанием.
Новый 2025 год я встречала уже лысая, с жуткой сыпью на лице от таргетной терапии. Впервые мой любимый праздник проходил без радости и удовольствия. Я так люблю зиму, но эта зима не была похожа на предыдущие. Первую нагрузочную дозу я получила накануне Нового года. Без слез было на себя не глянуть. Я смотрела в зеркало и не понимала кто это? Я ли это? Так происходило новое знакомство с собой. И это было самое сложное – принять свой новый образ, расстаться с шикарными длинными волосами, а следом и с ресницами и бровями. А ведь чаще всего на протяжении всей жизни я получала комплименты касаемо именно волос и ресниц, некоторые сомневались, что они мои натуральные, а для меня это был лучший комплимент, ведь это то, что мне было дано природой. Я потеряла себя прежнюю и обрела себя новую. Я до сих пор листаю фотографии, смотрю на себя и плачу, скучаю по себе прежней.
Я не хотела, чтобы меня видели такой и умирать в таком виде я тоже не хотела.
В июне 2025 года я перенесла две операции. Одна, из которых длилась 3,5 часа, после которой я тяжело приходила в себя, я все слышала, но не могла ничего сказать и пошевелиться, хотя пыталась изо всех сил, а через несколько часов и вовсе потеряла сознание. В те моменты мне казалось, я умираю, ведь даже глаза открыть не могла, а только стонала от боли, а когда я поняла, что теряю сознание, из последних сил позвала на помощь и очнулась уже в инвалидном кресле, но живая, ведь главное, что живая. Эту фразу в свой адрес я услышала на следующий день от других пациентов на перевязке. Вторая операция прошла быстро, но я час не выходила из наркоза, поэтому по версии анестезиолога операция прошла тяжело, а я ничего не помню, зато глаза открыла быстро, и говорить мне было не сложно, только казалось, что прошла целая вечность и что-то важное могла пропустить. Но я хорошо помню сообщение от подруги – «Мы тебя ждем. Возвращайся». И я вернулась, потому что нужна этому миру, нужна себе в этом мире.
А со временем я и вовсе начала ощущать эту жизнь совершенно иначе, проживая каждый день, как последний, но по-особенному, когда ценишь каждый миг, вдыхаешь воздух полной грудью, останавливаешься в моменте.
Я много раз задавалась вопросом о том, что мне может придать сил и желание бороться. Я поняла, что в жизни в любой ситуации нужно иметь цель, а может и не одну, которая будет масштабная и в долгую. У меня этой целью является написание собственной книги, которая поможет другим онкобольным людям найти в себе силы, опору и веру пройти этот путь и не сдаться.
Я хочу показать на своем примере, что это возможно.
А еще, конечно же, меня всегда мотивирует моя любимая работа. И это было невероятно сложно приостановить свою деятельность по оказанию психологической помощи людям, которые во мне так нуждались, но я поняла, что болезнь пришла не просто так в мою жизнь. Вероятно, пришло время вспомнить и подумать о себе. Благодаря болезни я научилась просить о помощи, думать и заботиться о себе, не игнорировать сигналы своего тела и разума. Да, я многое потеряла, но также и обрела – новых людей, например, новый опыт и полную внутреннюю и внешнюю трансформацию, новое восприятие и ценность жизни. Каждый раз обращалась к Богу с просьбой о том, что если я могу помочь большому количеству людей и сделать их жизнь лучше, тогда позволь мне, пожалуйста, остаться. Я помню тот день, когда опухоль только обнаружили, а мне нужно было через пару часов проводить консультацию. Не передать словами, что я тогда чувствовала, и чего мне стоило взять себя в руки и провести свою работу ничуть не хуже, чем обычно, понимая о том, что в ближайшее время мне придется отказаться от этой идеи и на то имеются веские причины. Я понимала, что в таком состоянии работать нельзя, мне нужно сначала помочь себе.
Жизнь сейчас...
Я благодарна каждому, кто был со мной рядом в этот период. Именно Вы придавали мне сил и надежду, Ваша поддержка и нескончаемая вера в мое исцеление, многочисленные молитвы. Я и подумать не могла, что обо мне будет молиться столько людей, даже совершенно мне незнакомых. Такое количество сообщений за этот год, столько внимания, пожеланий и поддержки я не получала даже в свой день рождения. Я очередной раз убедилась в том, что мир не без добрых людей. Каждый из Вас в моем сердце навсегда. Благодаря Вам я ощутила свою значимость и ценность, ощутила каждой клеточкой своего тела Вселенскую любовь. Ведь так важно понимать, что ты не один и что это не навсегда.
Я желаю каждому, кто оказался в такой ситуации – не терять веру и надежду, обрести исцеление и вечную ремиссию. Важно не держать все в себе и не закрываться от мира. Не надевать фальшивую маску, будто ничего не происходит и не делать вид, что все хорошо, если это не так. Только когда мы по-настоящему открыты миру и честны с ним, тогда мы получаем многое в ответ: поддержку, тепло, любовь и заботу, ведь один из способов окружить себя небезразличными людьми, открыться им. Мы не одиноки в своих страданиях. Даже, если вам кажется, что сил нет и ресурсы организмы минимальны, а врачи не дают никаких надежд на выздоровление, помните о внутреннем непоколебимом силе духа, именно он мне и помог не сдаться. Пусть каждый из нас одержит победу в этом бою.
